+7 926 207 0770
+7 495 543 5839

Никто не хочет думать о зиме

23.09.2005

Основной доход в меховом бизнесе приносит не пошив шуб, а торговля шкурками. У нас тут не жарко. Русское лето - "карикатура южных зим", это еще классик заметил. Зима, правда, теперь год на год не приходится, но думы о теплой одежде неизбежны. А думать о грустном не хочется. По поводу странной национальной ментальности и размышляет Дмитрий Зацепин.
Летом жить его меховому ателье "Шубы: от и до" сложно: люди затягивают с заказами шуб до первых "белых мух", и по осени выстраивается длинная очередь. Приехав в ателье на "Динамо", я убедился в этом лично.

Беседу приходилось часто останавливать: заказчики то звонили, то заходили. А Дмитрий Зацепин принимает клиентов сам. Ателье маленькое, штат- всего пять человек... Слово "обшивать" меня поначалу слегка покоробило, но вскоре я усвоил, что можно еще "убивать мездру" и "устранять пороки". Мездра - внутренняя сторона шкурки, а "порок"- просто брак меха. Кстати, по словам Дмитрия, с "пороками" сейчас легче: мех пошел очень хороший - что импортный, что наш. Конкуренция брак отсеивает. Про конкуренцию я сразу и спросил.

- Конкуренция - вещь очень хорошая,- легко сказал Зацепин.
- Хорошая-то она хорошая, но вам же выживать нужно. Вы хоть примерно представляете число конкурентов?
- По Москве даже и считать не буду, - опять же легко сказал Дмитрий и усмехнулся. - Вот рядом два ателье. Конкуренты. В этом бизнесе важна география. Столичный рынок меховых ателье можно условно разделить на три сегмента по местоположению и соответственно ценам. Самые дешевые шубы - в отдаленных подмосковных ателье. Некоторые владельцы перетягивают туда хороших столичных мастеров на приличные ставки и уверенно поднимаются.
- Если человек может только $400 на шубу потратить, то, пожалуйста,- в Подмосковье. В Москве это будет на $200 дороже. А если есть $1200, можно и в центр, куда и мы пытаемся перелезть. Но у элитных ателье в центре, в принципе, иногда и качество-то хромает,- отмечает Дмитрий.- Но раз клиентам нравится… Много значат имена кутюрье: шил тот-то. Хотя цену там часто берут с потолка: просто посмотрят на клиента - столько-то.
- А вы откуда берете?
- У нас прейскурант. Правда, за прошедший год цены пришлось поднять на 15%. Аренда выросла. И гораздо больше, чем на 15%.

Помещение - одна из главных проблем "Шуб: от и до" и других маленьких ателье. Сейчас Зацепин арендует три комнаты в центре бытовых услуг неподалеку от "Динамо".Впрочем, "центр" - очень сильно сказано: мы говорим - в полуподвале, где в комнатках вдоль коридора сидят и портные, и сапожники, и мастера по мелкому ремонту. С одной-то стороны, удобно: зашел человек подметку приклеить и вдруг надумал шубу шить…

Подвальное окно содрогнулось от страшного удара.
Дмитрий устало улыбнулся:
- Дети.

Дворовый футбол - далеко не самая страшная напасть полуподвала. Душит аренда.

- Мы хотим расширяться и пытались найти помещение через аукцион. Но там как? Хочешь участвовать - отдавай 200 тысяч. А выставляется одно помещение в месяц. Это аукцион? Издевательство…
- А вам нужно большое помещение?
- Да не такое уж и большое. Просто в планах не просто расширить само ателье, но и заняться бытовыми услугами в целом. Это очень интересно. Но тут другая проблема - кадры. Сейчас и скорняка-то хорошего сложно найти. Хороший - он вокруг себя собрал коллектив, работает на дому.

Дмитрий тоже начинал как скорняк-одиночка. Вернувшись в 1992-м из армии, не знал, куда податься. Помогла мама: пристроила на месяц снабженцем в фирму, где как раз шили кожу и мех.

- Не снабдил я их за месяц вообще ничем. Пришел, говорю: "И за что мне зарплату платить?" Тогда дембелю-снабженцу предложили пойти в помощники к скорняку- на подхвате что-то делать. А я в то время плохо понимал, что значит "подхват". Оказалось, за водкой бегать. Но человек тот хоть и пил, но мастер был отличный. Мне очень понравилась работа с мехом, у него и начал учиться. Но кончилось у того мастера печально: умер от пьянства. До сих пор не знаю, как это люди выпивают и работают одновременно… У второго мастера, с которым Дмитрию довелось работать там же, сейчас уже большая фирма. Постепенно и Зацепин поднимался, делая свои вещи. Несмотря на то что у меня никаких документов о скорняжном образовании так и нет. Если моя работа нравилась, оставляли в фирме.

Образование получил позже. В 1994-м, когда смог сам зарабатывать на учебу, пошел параллельно с работой учиться в институт предпринимательства.

- Родители говорили: обязательно нужно высшее. Сейчас-то я думаю: может, некоторым и не стоит в институте мучиться: получи ты профессию, а захочешь развиваться - иди дальше учись.

Кроме занятий с мехом, Зацепин в кризисном 1998-м и машины разбирал. "И друга вместе с машинами и деньгами потерял",- добавляет он. И поездил по стране коммивояжером.

- Фирма просто куплей-продажей занималась. Три месяца я смог там вытерпеть, зато Россию повидал. Такая страна оказалась замечательная… Продавал и шубы, а в начале 2000-х с удовольствием вернулся к меховому ремеслу: решился с компаньоном начать собственное дело. Скинулись по пять долларов. С них все и пошло.
- На 10 долларов вы табуретку, что ли, купили?
- Практически да,- смеется Дмитрий. Начали в домашних условиях, потом сняли комнату 20 метров. Темп себе задали высокий. Так за эти годы и не взяли ни одного отпуска.

В меховом бизнесе многое зависит от клиентской базы по системе "сарафанного радио". Компаньон Дмитрия как раз такую базу собрал, и сейчас они пользуются ею вместе.

- Конечно, и с интернетом пытаемся что-то сделать. Пока, правда, просто "голый" сайт, фотографий чуть-чуть, но выглядит прилично.
- И сколько клиентов сайт принес?
- Пока немного: поздно занялись этим. Звонили много, но сайт появился только в мае, а лето - это самый такой больной сезон для нас. Никто не хочет думать о зиме. Те, кто о зиме все же помнит, не торопятся в ателье. Многие покупают готовые шубы. Причем не ленятся за ними не то что в Подмосковье, а в Грецию ездить.

По словам Дмитрия, греки бьют рекорды по объему производимых шуб, но качество у них не самое лучшее. А мех они давно и успешно покупают у нас, обрабатывают и обратно в Россию продают.

- Но сейчас и они переживают несладкие времена: там сотнями закрываются маленькие ателье. Китайцы заполонили мировой рынок дешевыми шубами. У них и низкая себестоимость работы, и нелегально их ввозят. Но качество неважное. А единственное на чем сейчас можно в меховом бизнесе держаться - на качестве.
- Наши готовые шубы качественные?
- Готовые шубы, как правило, усредненного размера: чтобы всем подошли - и худеньким, и полненьким. Сидят такие шубы не очень. Да и модели неинтересные. На выставках-продажах все практически одну модель предлагают. Тоскливо смотреть. Зато фабрики выигрывают у индпошива в скорости. Это сейчас моя проблема - сроки,- жалуется Дмитрий.- Можно шубы гораздо быстрее шить без потери качества. Пока у нас "тонкое" место- закройщик. Нет постоянного, и это отнимает неделю как минимум: снять мерки, оговорить фасон, примерку сделать в макете…

Кстати, Дмитрий окончил курсы закройщиков. Но не для того, чтобы работать (и так сам заказы принимает), а для знаний:

- Когда я чувствовал, что мне чего-то не хватает, шел и учился.
- Кто участвует в процессе кроме закройщика?
- Скорняк, который шкурки подбирает по цвету и оттенкам, режет, устраняет пороки. Мотористка сшивает, портниха всю вещь собирает и пришивает подкладку. Это по-хорошему.
- А по-плохому?
- По-плохому - один.
- И такие кустари есть?
- Я знаю одного, который хотел сам делать и то, и другое, и третье, и четвертое. Ничего не вышло. Конечно, скорняк может сделать работу мотористки, то есть сшить тоненько, но времени больше потратит. Нужен коллектив. Пока коллектив "Шуб: от и до" небольшой: два скорняка и две портнихи.

Дмитрий собирается приглашать надомников, потому что скорняки с объемом заказов не справляются.

- Значит, рентабельность высокая?
Зацепин вздыхает:
- Рентабельность, честно скажу, почти нулевая. Мы только в самом начале пути. Основные деньги в меховом бизнесе зарабатываются на перепродаже меха. На производстве много не заработаешь. Но, во всяком случае, мы не загнулись. Едим, ездим. Пытаемся развиваться - перспективы есть. Планируем расширять торговлю мехом. Сейчас вот предлагаем ондатру, колонка: они неизбитые даже по Москве. Но мех- это очень большие вложения. Ни один банк не поможет...
- А какой мех сейчас наиболее популярен?
- Норка. Растет спрос на соболя. Но это очень дорогой мех и сложный в работе. И шиншилла - сложная работа, много тонкостей.
- У вас мех заказчика или закупаете?
- В основном мех заказчика, но мы не отказываем в помощи по подбору меха. Если с мехом заказчика можно работать - работаем. У нас ведь еще есть охотники… Говорят: вот, мол, у меня отличный мех! Ничего отличного, как правило, там нет: почти всегда разваливается, если они мех выделывают самостоятельно.
- Зато шкура убитого ими медведя…
- Но шкуру-то надо хорошо выделать, чтобы долго лежала.
- А кто выделывает?
- Это серьезное химическое производство, занимает очень много времени. Почти все обработчики шкурок для придания шубе идеального вида пропускают ее через специальный газ. Есть фреон, есть перхлорэтилен: один убивает волос, другой - мездру. Вот зайдите в магазин: все, что блестит как шелковое, обязательно прошло такую обработку. Но срок их службы короче в три-четыре раза. Любое химическое воздействие на шубу (в том числе химчистки) сильно укорачивает ей жизнь.
- А как же быть покупателю? Избегать блестящих шуб?
- В принципе, есть способы щадящей химобработки. Как раз за такими шубами и надо идти в индпошив.

Я, конечно, спросил Дмитрия о подделках меха.

- Кролика под шиншиллу продают. А разница по цене - в 20-30 раз. Но многие заказывают такую "шиншиллу" специально: мех это позволяет.

Несут, рассказывает он, и так называемую степную норку.

- Но это абсурд. Норка же по деревьям лазает. А это просто сурок стриженый. Норка сейчас до $3 тыс. подорожала, а человек хочет купить за тысячу. А у сурка себестоимость около $500. Те, кто хочет быть обманутым, получают то, что хотели. Зато с соболем - не обманешь.
- Но он же вроде запрещен. Неужто с браконьерами работаете?
- Да! С перекупщиками,- подумав, но все же смело отвечает Зацепин.
- А писать-то об этом можно?
- Да пишите. Ведь с соболиными шубами - как с черной икрой. Ее не должно быть, но она есть. Соболя тоже не должно быть. И рыси. Но они есть. Очень жалко зверей, но заказывают же. Да и не браконьерство это, я считаю. Люди хотят выжить. У них мех должно государство скупать, а оно не скупает. А то, что скупает, экспортирует на Запад. Весь мех должен идти через аукцион. Нашим-то женщинам тоже хочется соболя.
- Есть ателье, которые только на искусственном мехе специализируются?
- Есть. И очень неплохо себя чувствуют...

За маленькими ателье, считает Дмитрий, будущее. Хотя и говорит, что многие как открываются, так и закрываются. Проблемы с кадрами, помещением, бюрократами.

- А мы пытаемся и ассортимент расширить: какие-то неординарные вещи делать: сумки, варежки.

У компьютера полусидит-полулежит как раз нечто такое неординарное. Дмитрий пытается усадить собачку, сшитую из остатков меха, но та не слушается.

- Когда мы начинали, конечно, страшно было. - Он все же усаживает собачку.- Но страх проходит, чем больше начинаешь в это ввязываться. И остается какое-то такое чувство уверенности, что все равно все получится. Это как с плаваньем. С детства помню, что в бассейне, где я научился тонуть, там же научился и плавать. Вот многие скулят, что мало денег. Возьми и что-то одно делай хорошо. И попробуй развиться дальше.

Говоря о сфере услуг, Дмитрий упоминает о самой большой ее проблеме:

- Очень трудно найти работников, которые бы любили общаться с людьми. Вот у меня есть знакомые в одном старом ателье, еще с советских времен сохранившемся. И я им всегда традиционный вопрос задаю: ну и когда вы закроетесь? На то, что они делают, просто смотреть стыдно. И с клиентами они работать не умеют: постоянно ругаются.
- А вам ругаться приходилось?
- За три года работы только один раз. И то у женщины явно что-то с головой было…
Впрочем, Дмитрий тут же весело поправляется:
- Но вообще всех клиентов я люблю. А кого ж еще-то? Только с их помощью и существую.

/"Бизнес"/

Теги: